Россия и Америка уперлись в потолок // К понедельнику Москва и Вашингтон должны выйти на контрольные показатели по договору СНВ-3

В понедельник, 5 февраля, наступает срок, к которому Россия и США должны достигнуть контрольных показателей по Договору о мерах по дальнейшему сокращению и ограничению стратегических наступательных вооружений (СНВ-3) от 2010 года. Накануне в Госдепартаменте заявили, что американская сторона взятые на себя обязательства выполнила еще в прошлом году, и выразили надежду, что Россия также уложится в срок. Ранее российские официальные лица заверяли, что проблем не возникнет. Между тем пока вопрос о судьбе самого договора СНВ-3 остается открытым. Не исключено, что он будет продлен еще на пять лет. Но к дальнейшим сокращениям вооружений ни Москва, ни Вашингтон не готовы.Согласно договору СНВ-3, к 5 февраля Россия и США должны сократить свои ядерные арсеналы до следующих показателей: 700 межконтинентальных баллистических ракет (МБР), баллистических ракет на подводных лодках (БРПЛ) и тяжелых бомбардировщиков (ТБ), 800 развернутых и неразвернутых пусковых установок, а также 1550 боеголовок на развернутых носителях.
Американская сторона, как напомнила накануне представитель Госдепартамента Хизер Науэрт, «ключевых ограничений» достигла еще в августе 2017 года. О том, что США опередили Россию, первыми достигнув контрольных показателей соглашения, стало известно в октябре прошлого года. Из обнародованной тогда на сайте Госдепартамента таблицы следовало, что США обладают 660 развернутыми носителями ядерных вооружений — МБР, БРПЛ и ТБ. Ядерных боезарядов у США 1393. В целом развернутых и неразвернутых пусковых установок МБР, БРПЛ и ТБ у США 800.
У России на тот момент был 501 развернутый носитель ядерных вооружений — МБР, БРПЛ и ТБ — и 1561 ядерный боезаряд. Общее число развернутых и неразвернутых пусковых установок МБР, БРПЛ и ТБ в России составляло 790. Таким образом, российской стороне для выполнения договора оставалось сократить 11 боеголовок.
Обновленных данных стороны пока не предоставили, они обмениваются ими дважды в год, и следующая передача должна состояться в ближайшие недели. Хизер Науэрт сказала, что у США «нет причин сомневаться в том, что Россия также достигнет обозначенных лимитов».
В МИД РФ “Ъ” вчера сказали, что заявление о ходе выполнения Россией условий договора будет сделано 5 февраля. 18 января в интервью «РИА Новости» посол РФ в США Анатолий Антонов заверил: «Мы свои обязательства выполним».
Между тем на данный момент неясно, что будет дальше с самим договором СНВ-3. Срок его действия истекает в 2021 году. По инициативе одной из сторон соглашение может быть продлено еще на пять лет, то есть до 2026 года. В обнародованном вчера «Обзоре ядерной политики США» (Nuclear Posture Review) подтверждается, что при условии «взаимного согласия» договор может быть продлен. Между тем известно, что президент США Дональд Трамп к заключенному при его предшественнике соглашению относится скептически. Об этом он, по данным американских СМИ, якобы сообщил президенту РФ Владимиру Путину в ходе их первого телефонного разговора 28 января 2017 года. Чуть позже Дональд Трамп публично назвал договор СНВ-3 «однобоким» и «плохим», дав понять, что это соглашение более выгодно Москве, чем Вашингтону. Однако уже в сентябре американские СМИ со ссылкой на источники в Белом доме сообщили, что власти США не собираются выходить из договора и, скорее всего, согласятся на его продление.
Российские официальные лица также неоднозначно высказываются о судьбе договора. 30 января Владимир Путин заявил, что РФ и США «должны сейчас принимать решение, что делать с договором по ограничению стратегических наступательных вооружений». «Он заканчивается скоро, мы должны его продлевать, мы будем это делать или не будем?» — задал он риторический вопрос. При этом 11 января президент РФ впервые публично заявил о наличии у Москвы вопросов к Вашингтону по этому договору. «США вдруг заявили, правда это в рамках договора, что они хотят часть носителей — самолеты и подводные лодки — переоборудовать, их шахты переоборудовать в такие, которые нельзя использовать для применения ядерного оружия,— сказал он.— В принципе в договоре это предусмотрено. Но в договоре также записано, что это возможно только в том случае, если другая сторона, в данном случае российская, верифицирует такие изменения. И убедится в том, что возвратного потенциала не будет. Что эти шахтные установки или соответствующую технику на самолетах-носителях перестроить назад для использования под ядерное оружие нельзя. Пока таких доказательств у нас нет». По словам Владимира Путина, «это вызывает у российской стороны определенную озабоченность». «Но диалог идет. Надеюсь, что он будет позитивным»,— заключил президент.
К каким конкретно американским проектам у Москвы есть претензии, российские официальные лица не уточняют. По словам бывшего начальника главного штаба РВСН генерал-полковника Виктора Есина, американцы с технической точки зрения действительно могут переоборудовать часть стратегических бомбардировщиков Boeing B-52 Stratofortress, например. «Это возможно сделать по аналогии с переоборудованием Rockwell B-1 Lancer в 1990-х годах, и РФ была с этим согласна»,— напомнил генерал Есин. Между тем, по его словам, нюанс в том, что США должны получить согласие РФ и на переоборудование В-52, это необходимо по договору СНВ-3. Кроме того, речь может идти о переоборудовании шахт на атомных подлодках типа «Огайо» (Ohio class SSBN/SSGN), что тоже технически возможно при условии наличия согласия РФ, подчеркнул генерал.
Независимый эксперт, бывший советник МИД РФ Владимир Рыбаченков сказал “Ъ”, что вопрос о переоборудованных системах должен обсуждаться в ходе заседаний двусторонней комиссии по договору СНВ-3, которая собирается раз в полгода. По прогнозу собеседника “Ъ”, несмотря на «всю звучащую в адрес этого соглашения критику, оно, скорее всего, будет продлено». «Американцам этот договор ценен прежде всего возможностью иметь точную картину состояния ядерного арсенала России — за счет инспекций и обмена данными,— поясняет Владимир Рыбаченков.— России он тем более выгоден, ведь у нее изначально было меньше носителей, чем предусмотрено пороговыми показателями, а у США — больше, и им приходилось их сокращать».
В свою очередь, глава Центра международной безопасности ИМЭМО РАН академик Алексей Арбатов предупреждает, что если договор не будет продлен, то «наступит вакуум». «Не будет транспарентности, придется рассчитывать на наихудший вариант,— сказал он “Ъ”.— Те, кто строят планы в ядерной сфере, должны планировать на 10–15 лет вперед и представлять себе, какие силы будут у другой стороны. Но эта определенность исчезнет, соответственно, и та и другая сторона будут планировать “с запасом”, начнется неограниченная гонка вооружений».
Вместе с тем Алексей Арбатов сомневается в том, что нынешние власти США согласятся на продление договора СНВ-3. «Весь пафос политики Трампа в области ядерного оружия основан на критике предшественников, в том числе по отношению к договору СНВ-3. В этих условиях было бы нелогичным с его стороны соглашаться на продление “плохого” договора, тем самым одобряя работу прежней администрации»,— отмечает эксперт. Но добавляет: «Впрочем, от Трампа можно ожидать все что угодно».
Чего от Дональда Трампа точно не стоит ожидать, так это предложений по дальнейшему сокращению вооружений. Напомним, летом 2013 года тогдашний президент США Барак Обама предложил еще на треть сократить американский и российский ядерные арсеналы по сравнению с пороговыми значениями договора СНВ-3, а также обсудить перспективы сокращения тактического ядерного оружия. Но российская сторона это предложение отвергла, сославшись на то, что перед принятием решений о дальнейшем разоружении нужно урегулировать разногласия в целом ряде других областей, включая ПРО. Из обнародованного же вчера «Обзора ядерной политики США» следует, что теперь и Вашингтон не готов говорить о дополнительных сокращениях: нестабильная ситуация в мире не позволяет.
Алексей Арбатов, однако, убежден, что России новый договор был бы выгоден. «Нам очень важно, чтобы модернизация ядерных сил США, запланированная на ближайшие десятилетия, была загнана под определенные потолки, ограничения и систему транспарентности,— говорит он.— Не столь важно, насколько существенными будут дополнительные сокращения, гораздо важнее правила засчета, которые будут предложены». По его словам, России «надо брать инициативу в свои руки — и из соображений политики и собственной безопасности».
Елена Черненко, Александра Джорджевич

Самое важное в канале Коммерсантъ в 
Telegram

Газета «Коммерсантъ» №20 от 03.02.2018, стр. 1

Категории:

Подписка

Комментировать

все спецпроекты
все темы

обсуждение

Кухонная посуда | Столовые сервизы